Тур с оркестром. Отдельный навык для конкурсанта. На сцене ГАСО, дирижёр — Олег Худяков.
Начинает состязание в этом формате Шаньвэй Лю с первой частью Второго концерта Бартока. Оркестр представлен в этом произведении одной лишь духовой группой. По настроению и стилю — помесь фольклористического и урбанистического оптимизма.
Немного трудно судить об исполнителе в этой несколько «однотонной» по звуковым образам музыке. Впрочем, видно, что исполнитель артистичен, полон задора, не чужд характеристичности в более «хрупких» образах. На крайних степенях «фортиссимо» оркестр не пробивает, оставаясь несколько недозвученным.
Андрия Бошкович представляет нам ещё один фортепианный концерт первой половины двадцатого века — концерт Мориса Равеля №1. Что интересно, также соль-мажорный. Это забавно, так как восприятие слушателя невольно начинает их сравнивать — и, честно говоря, в моём личном восприятии выигрывает Равель.
Есть ещё один замечательный концерт двадцатого века в подобном стиле, также соль-мажорный. Пока не раскрываю карт, очень хочу сыграть его российскую премьеру.
Личность же Андрии Бошковича очень, между прочим, складно ложится на «личность» равелевского концерта. Есть в обоих определённая мягкость в сочетании с непосредственной искрящейся ребячливостью — в результате чего исполнение оставляет очень приятное впечатление. Солист чувствует себя хорошо, ведёт музыкальную мысль вроде как даже внутреннее «неспешно», со спокойствием, не сбавляя, однако, ни темпа, ни интереса и заангажированности в музыкальном сюжете.
Концерт солист играет целиком, включая потрясающую вторую часть — вневременную, «буддистско-рассветную», как бы в розоватой заре — по моим ощущениям она обычно такая. И ещё она написана так, что её почти невозможно сыграть плохо. С помощью полноты цикла пианист имеет возможность показать себя с разных сторон, а значит — выигрышно.
Всегда бы советовал брать в программу что-то, включающее в себя различные темпы, различные эмоциональные состояния. Часто удачным выбором в этом плане бывает вторая и третья части того или иного концерта, если имеем дело с ограничениями по хронометражу программы.
В финале, впрочем, снова некоторое «недозвучивание», особенно в разделах формы с мелкими длительностями. И также третья часть могла бы быть чуть поазартнее.
Илья Сомов с первой частью концерта Грига… Должно быть хорошее сочетание! Слушаем.
И правда — играет он вполне на гребне вдохновения и в романтическом ключе. Присутствует, правда, некоторый внутренний дискомфорт от изменившегося масштаба зала. Аудиторию на полторы тысячи мест чуть сложнее охватывать, чем подобную — на двести, оттого звук летит сейчас не столь уверенно — и нет этого мгновенного заполнения им пространства. Впрочем, когда артист выходит на форте, то ему это наполнение удаётся уже гораздо лучше.
Север для меня — космичнее юга, а такое новое сочетание как «северный инструментальный концерт» выделяю в обособленный суб-жанр. Концерт Грига в нём — самый первый и «корневой». Наш любимый Первый концерт Чайковского — в этом же ряду. Пётр Ильич, кстати, очень любил музыку Грига. А за ними уже — и Сибелиус, и Рахманинов, и Прокофьев. И даже собственный фортепианный концерт, написанный в 2024-м году, я решил сделать именно таким, из этого роду-племени, уж очень я это «племя» люблю!
Честно говоря, сегодня пока что не вижу выступления, в котором артист свободно бы наполнил своей энергетикой и звучанием весь зал, сыграл «однозначно ярко» и «однозначно выигрышно».
А тем временем с нами — Яньян Пэн и его Первый концерт Рахманинова — первая часть. И вот он, как раз, делает неплохую заявочку на эту самую яркость — своими первыми аккордами вступления. Главная тема тоже звучит интересно и «не теряется» в своей лиричности среди своих более активных «собратьев по форме». Далее концерт продолжает звучать разнообразно (вот оно, хорошее и простое слово, которое не получалось сполна произнести в отношении предыдущих конкурсантов).
Друзья, чем «больше всего» будет происходить в музыке на всех уровнях — внутри мелодии, внутри темы, внутри фактуры, внутри формы, тем богаче будет ваша «исполнительская партитура».
Не бойтесь выразительности «мелочей», они — не мелочи! Не бойтесь контраста, рельефа, неожиданности, градации, спектра во всём!
Конечно, оно должно быть оправдано психологически, чтобы было — «как в жизни», а не осталось искусственными «наворотами». Такие случаи тоже имеем в истории. Но если вы — человек чувствующий, то вам это не составит труда. Не ленитесь в чувстве, в мысли, в подаче того и другого. Если они будут естественны, за пределы вкуса вы не выйдете, внутренняя искренность просто не даст этого сделать. Вкус всегда будет хорош там, где не будет неправды.
Будьте смелыми, но всё — изнутри, а не ради «придумки». «Придумку» же — обогащайте подлинностью. Вот — путь подачи музыкального материала, который вас никогда не подведёт!
Хорошо играет Яньян Пэн. Ярко, эмоционально, притом органично в течении музыкальной мысли и музыкального полотна.
Игра Михаила Пироженко, следующего нашего коллеги, уверена — своим Первым концертом Прокофьева он сразу «берёт быка за рога». Оркестр пробивает без особого труда, в целом — пребывает в том же состоянии первоклассного донесения музыкального материала до публики, что и на сольном туре. Звучит так, же, как и на нём, что скажешь, как мы знаем, не обо всех конкурсантах.
Активный, фонтанирующий жизнью концерт, который он играет, также очень разнообразен, и столь же разнообразна игра Михаила. Быть может, хотелось бы в ней чуть больше непосредственной солнечности, всё как бы немного «опосредовано» на уровне эмоциональной метафизики и энергетики, но притом по-настоящему выразительно и истинно профессионально. И — да, зал он легко наполняет и звуком, и энергетикой, в том числе и когда оркестр гремит вместе с ним. Отличная, конкурсно-выигрышная игра, заряжающая оптимизмом и позитивом.
Эмир Закариа — вечно в движении, в танце, в порхании, феерично начал своё выступление со второй части Второго концерта Сен-Санса, лёгкой и воздушной, виртуозной и при этом как бы непринуждённой.
Даже жюри начинает немножко подтанцовывать, настолько он заражает и заряжает всех нас своим энергетическим буйством.
Финал же по темпу — кажется, на этом конкурсе уже сформировалось соревнование между годами, кто и в каком году сыграет его быстрее. Темп — запредельный, а возраст, в котором берётся этот темп, делает его ещё запредельнее. Впрочем, именно темп, кажись, главная цель музыканта. А это всегда слышно.
Скажем так, слушателю всегда слышен приоритет — сознательно ли, бессознательно ль. Приоритет слышен и там, где «беру время, ибо художественно оправдано» и «беру время, ибо удобно». По-честному говоря, я и сам не всегда знаю, почему это всегда так понятно. Одним словом, это было абсолютно фантастически с виртуозной точки зрения, притом — было слышновато, что именно это является самоцелью. Впрочем, феноменально достигнутой!
Интересно, когда Эмир начал учиться музыке, если в 10 лет играет так! Неужели за несколько лет до рождения? Помнится, я научился так играть лишь годам к 18-ти…
Итак, следующий у нас Александр Биттер со Вторым концертом Рахманинова, второй и третьей его частями.
Музыка, конечно, — настоящий бальзам на душу… Игра тоже хороша, одноголосная мелодия немножко «на пределе возможностей» по звукоизвлечению, есть смысл поработать в сторону игры «из рояля», а также никогда не допускать внутреннего ощущения, что играешь «громко на максималках» либо «эмоционально на масималках», либо и то, и другое.
Для этого — чуть больше внутреннего спокойствия, опоры и особо активной работы пальца — то самое «из рояля». Тогда имеешь возможность почувствовать себя «барином да роялем», а именно так характеризовали некоторые современники игру Сергея Васильевича Рахманинова.
Кстати, ближе к концу второй части, перед её репризой артист успокоился — и это «владычество над инструментом» в нём всё же появилось. И я невольно выдохнул. Покой в звуке, покой в душе — это тоже то, что во время исполнения отлично чувствуется слушателем.
Впрочем, покой в начале финала снова покинул музыканта — и ему немного сложно стало справляться с собой в изобилующей огромным количеством нот главной теме части. Складывалось ощущение, что артист где-то подсознательно убеждён в том, что запредельный темп — норма. А между тем норма — когда всё успеваешь, и не стоит на самом деле никуда спешить. Вообще никогда.
Побочная же партия была сыграна очень проникновенно и с «чувством правды», без желания к чему-либо подстроиться и кому-либо угодить.
Так же «правдиво» и притом весьма «остроконечно» (что в момент добавляет очков) была выстроена кульминация.
Встречаем Анну Каракину со второй и третьей частью Первого концерта Рахманинова. Эта вторая часть (именно во второй редакции концерта) — яркий и редкий пример городской лирики: что-то уличное, возможно — американский паб, дикая тоска, что-то родное — как далёкий фонарик, пробивающийся сквозь дым.
Анна подаёт материал чётко и рельефно, притом эмоции её истинны, боль — реальна, развитие музыкальной мысли естественно, звук — тёплый.
В начале финала, столь инфернального и «жестокого» по настроению у артистки господствуют всё же более лёгкие и пастельные краски, что само по себе — интересно и красиво, но иногда хотелось бы больше «стали» в этих заворотах (но это субъективно), и хочется, чтобы от этого не пострадала кульминация (это уже объективно). И я бы сказал, что второе на энергетическом уровне — всё же получилось. Анне большое спасибо за самобытную и невероятно убедительную игру!
Надо сказать, что сегодняшний вечер в принципе стал вечером энергетического испытания огромным залом. Именно это стало тем критерием, по которому пролегли основные отличия конкурсантов друг от друга. Притом, от души поздравляю всех, а завтра ждём последний вечер состязания!
Дмитрий Онищенко окончил Московскую государственную консерваторию имени П. И. Чайковского (2006) и аспирантуру МГК (2009), где его педагогами были Юрий Лисиченко, Лев Наумов и Андрей Диев. В 2003–2004 гг. обучался также в Королевском колледже музыки в Манчестере (класс профессора Нормы Фишер).
С 2006 по 2013 годы совершенствовался в Высшей школе музыки в Ганновере (классы профессоров Владимира Крайнева и Арье Варди).
Победитель международных конкурсов Владимира Крайнева в Харькове, памяти Владимира Горовица в Киеве, в Энсхеде (Нидерланды), лауреат международных конкурсов имени П. И. Чайковского в Москве (V премия), в Хамамацу (Япония, II премия), имени Вианы да Мотта в Лиссабоне (II премия), в Сиднее (III премия) и других.
Выступал в России, Украине, Белоруссии, Латвии, Польше, Германии, Франции, Великобритании, Нидерландах, Португалии, Италии, Швейцарии, Турции, Иордании, Китае, США, Японии, Австралии. Его концерты проходили на многих известных сценах.
Председатель жюри фестиваля-конкурса «Волшебство звука» (2015–2019); принимал участие в работе жюри конкурсов «Музыкальная шкатулка» в Верхней Салде (2010–2018), Vivat Music в Москве (2019–2021), «Музыкальная провинция» в г. Щёкино и других. Проводит мастер-классы в ряде стран мира.
