В сезоне 2026/27 театр работает с командой из трёх дирижёров. Их репертуарные задачи обозначены гораздо яснее, чем полномочия в управлении.
Deutsche Oper Berlin начала первую совместную с интендантом Авьелем Каном сезона́льную работу без генерального музыкального директора. После ухода Дональда Ранниклса музыкальное руководство представляют Максим Паскаль, Микеле Спотти и Титус Энгель. Театр подчёркивает, что впервые использует такую командную модель.
Должности у них, однако, разные. Паскаль и Спотти стали главными приглашёнными дирижёрами — Principal Guest Conductors. Энгель получил статус Conductor in Residence, дирижёра-резидента. Ни один из троих не назначен генеральным музыкальным директором.
Об этом решении было объявлено 22 сентября 2025 года. Уже тогда Кан говорил о первых двух-трёх сезонах, в течение которых театр и оркестр смогут ближе познакомиться с разными музыкантами. Возможность впоследствии назначить одного руководителя оставили открытой.
У эксперимента была вполне практическая причина. В интервью изданию Concerti Кан объяснял: среди кандидатов были те, кто нравился ему, но не устраивал оркестр в качестве будущего музыкального руководителя. Другие сами отказывались. Отдельной трудностью оказалась готовность уделять большому репертуарному театру достаточно времени — с его премьерами, возобновлениями и постоянной работой внутри коллектива.
«Если вы не убеждены на сто процентов, то и вступать в брак не обязательно, не правда ли?»
— замечал Кан.
По его словам, решение взять дополнительное время они приняли вместе с оркестром. Поэтому история с тремя дирижёрами началась одновременно как ответ на незавершённый поиск преемника Ранниклса и как попытка проверить иной способ работы.
Художественная логика команды понятна. Паскаль, основатель ансамбля Le Balcon, особенно тесно связан с музыкой XX–XXI веков и творчеством Штокхаузена. Спотти представляет прежде всего итальянскую оперную традицию. Энгель известен работой над мировыми премьерами и экспериментальными музыкально-театральными проектами, при этом его опыт включает историческое исполнительство и классико-романтический репертуар.
Различаются и заявленные задачи. Согласно первоначальному сообщению театра, каждый из двух главных приглашённых дирижёров должен вести не менее двух постановок — новых или возобновляемых — и симфонический концерт. Для Энгеля предусмотрены мировые премьеры, симфонический концерт и участие в создании новых проектов на малой сцене Tischlerei и за пределами театра.
У Спотти на сезон 2026/27 указаны «Лючия ди Ламмермур», «Травиата», «Дон Карлос» и симфонический концерт.
Но репертуар театра не разделён между троими на исключительные территории. В плане новых постановок сезона «Отелло» Верди поручен Стефано Монтанари. На июнь 2027 года заявлен «Военный реквием» Бриттена под управлением самого Ранниклса. Уход с руководящего поста не означает разрыва его отношений с театром.
Кан видит в этом преимущество новой конструкции. В интервью на сайте Deutsche Oper он объясняет, что отсутствие генерального музыкального директора, обычно забирающего себе наиболее крупные произведения, даёт больше свободы для приглашения других сильных дирижёров.
Однако перечень спектаклей отвечает только на часть вопроса. Дирижировать двумя постановками и участвовать в управлении оркестром — разные обязанности.
Для понимания новой системы полезно посмотреть на устройство самого театра. Deutsche Oper входит в Stiftung Oper in Berlin. В опубликованном уставе фонда кадровые решения по художественному персоналу — приём, продление и изменение договоров, прекращение трудовых отношений — отнесены к ответственности интенданта (§ 21). Управление театром осуществляется совместно с коммерческим директором. Конкретное распределение обязанностей и представительских полномочий должно закрепляться в отдельном организационном плане (§ 7).
То есть исходная конструкция сложнее привычной пары «интендант — главный дирижёр». В нынешнем составе руководства Deutsche Oper есть также оперный директор Андреас Массов, директор оркестра Аксель Шликсупп и совет оркестра во главе с Бенедиктом Лайтнером. У каждого из этих участников своё место в работе учреждения. Список должностей, впрочем, ещё не показывает, как именно они согласуют решения.
Устав позволяет установить общую ответственность за кадровые вопросы. Но из него нельзя узнать, кто из трёх дирижёров участвует в конкретном прослушивании, как учитывается его мнение и кто оценивает результаты испытательного срока нового оркестранта. Эти процедуры требуют отдельного описания.
В изученных публичных материалах театра также нет подробного распределения полномочий по выбору приглашённых дирижёров и формированию репертуара между Паскалем, Спотти, Энгелем и интендантом. Не объяснено и то, как разрешается художественное разногласие: кто обязан согласовать решение, у кого есть право возражения и кому принадлежит последнее слово.
Это существенная часть эксперимента. Разные дирижёры могут расширить музыкальные возможности театра. Но коллективу нужна ещё и последовательность решений — от выбора нового музыканта до требований к подготовке давно идущего спектакля. Приглашённый дирижёр отвечает за результат своей работы. Кому поручено связывать эти результаты в многолетнее развитие оркестра, должно быть понятно всем участникам.
Отсюда возникает и вопрос о соотношении влияния интенданта и музыкального руководства. Сильный генеральный музыкальный директор способен выступать самостоятельным художественным партнёром интенданта, отстаивать потребности оркестра и его долгосрочные интересы. Команда из нескольких дирижёров тоже может выполнять эту функцию — если её участие в общих решениях действительно предусмотрено.
Возможен и другой результат: дирижёры будут сосредоточены каждый на своих проектах, а согласование общей музыкальной политики окажется в большей степени у интенданта.
Сам Кан при объявлении модели не обещал окончательного отказа от должности GMD. Он допускал, что через два года появится подходящая фигура единого музыкального руководителя. Другой возможностью оставалось продление командной работы.
Поэтому оценивать берлинский опыт придётся по двум разным результатам. Первый будет слышен в спектаклях и концертах. Второй проявится внутри театра: смогут ли несколько дирижёров вместе с оркестром принимать последовательные решения, за которые каждый готов отвечать и после завершения собственного проекта. Если это получится, Deutsche Oper предложит другим театрам полезный опыт. Для его повторения понадобятся не только три имени, но и ясные правила совместной работы.
ClassicalMusicNews.Ru