В Санкт-Петербурге завершила работу Мастерская имени Антона Рубинштейна для пианистов-концертмейстеров. Это уже третий подобный проект musicAeterna, посвященный имени выдающегося российского дирижера и пианиста. Чем Третья мастерская отличалась от первых двух и как проходили занятия, читайте в нашем материале.
Из 72 заявок, поданных со всей России, на практикум были отобраны девять человек. В отличие от предыдущей Мастерской, на этот раз география участников не ограничилась только Москвой и Петербургом. Получить новый опыт и посмотреть на своих коллег приехали также пианисты из Екатеринбурга, Новосибирска, Красноярска.
Программа Мастерской была посвящена искусству взаимодействия концертмейстеров с вокалистами. Пять дней интенсивных групповых и индивидуальных занятий проходили под руководством двух главных мастеров: языкового коуча Молодежной оперной программы Большого театра России Любови Орфеновой и артиста хора musicAeterna Андрея Немзера.
Выбор наставников куратор просветительских программ musicAeterna Анна Фефелова объясняет желанием объединить колоссальный концертмейстерский и вокальный опыт двух профессионалов, чтобы передать его следующим поколениям исполнителей:
«Программ, посвященных взаимодействию концертмейстера с вокалистом, в целом очень мало. Есть, например, молодежная программа для пианистов в Большом театре. Музыканты приезжают туда, учатся и потом остаются работать. Но ведь на Москве Россия не заканчивается.
Пианист должен быть настоящим партнером для певца, должен знать множество нюансов вокальной специфики. Именно поэтому мы позвали Любовь Анатольевну Орфенову, которая имеет богатейший концертмейстерский опыт и может дать практические советы пианистам. И Андрея Немзера, который с вокальной точки зрения может объяснить все процессы, требующие внимания концертмейстера»,
— говорит Анна Фефелова.
Концертмейстерское мастерство — едва ли не самая распространённая музыкальная профессия. Между тем, во многом она до сих пор остаётся «вещью в себе». Находясь на стыке нескольких исполнительских жанров — ансамблевого и сольного, вокального и инструментального, камерного и оперного — фигура концертмейстера рассматривается, скорее, с точки зрения индивидуальных исполнительских задач. Процесс же взаимодействия, как правило, негласно остается «за кадром».
На мастер-классах интенсива в камерном зале репетитория «Классическая точка» присутствовали все участники Мастерской. Это напоминало традицию выдающихся советских педагогов (Л. Николаева, Г. Нейгауза, К. Игумнова), в кабинете которых на занятии одного ученика часто собирался весь класс. Такая форма работы позволяла работать сразу на всех присутствующих, которые могли рассматривать сказанное уже в контексте собственных занятий над произведениями.
На уроках Любови Анатольевны большое внимание уделялось умению слушать партнёра. Концертмейстер должен идеально знать свою партию, чтобы руки могли свободно играть всю фактуру, а уши —внимательно слушать не только себя, но и вокалиста. В частности, при исполнении каватины Алеко участником из Красноярска Андреем Масковцевым коуч Большого театра указала на частое «исправление» Рахманинова, имея в виду неточности исполнения нотного текста.
Позднее, в интервью она подчеркнула значимость владения инструментом:
«Во-первых, концертмейстеру надо хорошо играть. Без этого не будешь ощущать певца. Будешь сидеть, ковыряться, испортишь себе и ему жизнь.
Во-вторых, как можно больше слушать, читать текст и обязательно стараться с певцом это соединить в единую ткань. Есть вещи, которые действительно написаны в нотах и в книгах. А есть то, что передаётся из уст в уста, из поколения в поколение. И эти вещи не всегда ведомы.
Услышав кое-что на мастер-классах этой Мастерской, пианисты наверняка возьмут это на вооружение, потом передадут другим. Это же тоже очень важно. Опыт даётся тем, кто интересуется этим. Жизнь подскажет, что делать обязательно, но в это надо погрузиться и оттуда уже не высовываться».
Некоторым участникам Любовь Анатольевна посоветовала сократить движения корпусом в пользу того, чтобы руки играли выразительней фактуру.
«Стараться не надо — надо почувствовать душой»,
— говорит мастер. Кроме того, пианистам она рекомендовала всегда идти от дыхания вокалистов. К которым у нее, к слову, тоже были пожелания: не декламировать, а петь; не дробить текст, а выстраивать по нему музыкальную фразу (к примеру, делать динамику «forte» на слове «устал» как минимум не логично).
Были также затронуты вещи и прикладного характера: если переворот страницы выпадает на тихое «piano» у вокалиста, никакого шелеста страниц у пианиста в это время не должно быть. Нужно позаботиться об этом и перелистнуть заранее.
Иллюстраторами Мастерской выступили трое солистов хора musicAeterna: Игорь Горбань (тенор), Максим Аксенов (баритон), Даниил Чесноков (бас).
Андрей Немзер, будучи приглашенным мастером воркшопов, также иллюстрировал двум пианистам. На мастер-классах он помогал концертмейстерам выстраивать звуковой баланс с вокалистами. Ведь даже играющий сольно пианист должен всегда думать о градациях в звучании правой и левой рук. Что уж говорить, если сочинение предусматривает участие двух исполнителей. К этому прибавляется еще и умение быстро пристроиться к незнакомому роялю, учитывать акустику помещения.
Участница из Петербурга Анна Тадтаева играла романс Чайковского «Отчего» (слова Мея) в тандеме с тенором Игорем Горбанем. Голос у этого солиста достаточно камерный, его легко заглушить аккордовой фактурой, которой как раз изобилует романс Чайковского. Поэтому необходимо крайне чутко вслушиваться в происходящее. Концертмейстер для солиста в первую очень должен быть надежным союзником, а не дополнительным препятствием.
«Пианист — как подушка безопасности для певца. Это такая опора и надёжа, которая сможет сделать все, если вдруг возникнет какая-то экстремальная ситуация»,
— говорит Андрей Немзер.
Конечно, понятие «концертмейстер» — это нечто большее, чем просто исполнитель. В его обязанности входит разучивание с солистами партий, умение контролировать качество их исполнения, знание вокальной специфики и причин возникновения трудностей, способность подсказать правильный путь к исправлению недостатков. Все это говорит о том, что концертмейстер должен брать на себя и определенные педагогические функции.
Лаура Бетрозова учится на четвертом курсе фортепианного факультета Московской консерватории. По ее словам, воркшопы Мастерской дали уникальные знания, касающиеся специфики взаимодействия с вокалистами и понимания их техники исполнения.
«На мастер-классе Андрей Немзер спросил меня: «Что для тебя звучит «не так» в партии вокалиста?» А мне все так, вроде бы. Помню, он даже рассмеялся, потому что потом высказал тысячу тонкостей моему иллюстратору. И это те вещи, которые надо чувствовать и понимать. Нужно заострять свое внимание и слух, уметь концентрироваться не только на себе.
Для меня стало открытием, что надо очень внимательно слушать все позиции певца, качество и устремление звука. Поэтому когда я вернусь домой, буду ходить на все вокальные занятия, чтобы как-то в этом больше разбираться»,
— резюмирует Лаура.
На классах Андрей Немзер показывал нюансы работы с вокальной техникой. К примеру, иногда солисту следует брать дыхание носом, но с открытым ртом, дабы не менять вокальную позицию. В работе над арией Ленского из оперы «Евгений Онегин» Чайковского все начальные гласные слов фонетически должны быть понятны. Все широкие скачки на интервалы должны быть подготовленными, а троекратно повторяющееся слово «куда?» должно быть спето по-разному.
Андрей Немзер подчеркивает разницу специфики работы концертмейстера с музыкантами разных направлений:
«Работа с солистом-певцом и с солистом-инструменталистом — это совершенно разные вещи: другая манера игры, восприятие. Говорят, с певцами сложнее работать, потому что они более свободолюбивы в плане интерпретации.
Тем более, вокалист носит инструмент в себе. И сегодня он может чувствовать себя так, завтра он может себя чувствовать себя по-другому. И пианист всегда должен чувствовать и подстраиваться под состояние певца».
В свою очередь и вокалист должен уметь проявить гибкость в работе с концертмейстером или же целым оркестром, утверждает Андрей Немзер. В плане коммуникации с другими коллективами, особенно в ситуации, когда нет много времени на репетиции, вокалист должен понимать, что не получится учесть все музыкальные желания.
Помимо занятий по концертмейстерскому классу, участники также посещали танцевальные воркшопы артиста musicAeterna Dance Евгения Калачёва. Его телесные практики, как правило, не оставляют равнодушными музыкантов.
«Танцевальные воркшопы у Жени — это отдельный вид раскрепощения,
— делится впечатлениями Евгений Кондратенко из Екатеринбурга.
— Без этого Мастерская была бы не такой полной. Мы пытались найти гармонию со своим телом под классическую музыку и без нее. У каждого пианиста есть какие-то зажимы, неловкости, которые выявляются в процессе каких-то элементов движения.
В первый день было достаточно сложно — с незнакомыми людьми пытаться что-то «выражать» через свое тело. Это крайне интересный опыт. И Женя такой человек, которому веришь, сразу же и хочется сделать. Хочется найти вот это, эту гармонию с собой. Это, безусловно, очень большая помощь была».
Финалом Мастерской Рубинштейна стал концерт, на котором прозвучали романсы и арии из опер Чайковского, Рахманинова, Римского-Корсакова, Моцарта, а также песни Ибера, Мусоргского. Полнейший фурор произвело выступление контратенора Андрея Немзера с песней Леля из оперы «Снегурочка» и романсом «Весенние воды» Рахманинова. Его уникальный тембр голоса в сочетании с игрой участников мастерской вызвали восторженные овации у публики.
В восторге остались и сами участники Мастерской. Мнением поделился пианист Сергей Батенев из Новосибирска:
«Я бы хотел выразить огромную благодарность проекту musicAeternа. В обычной жизни часто рабочая рутина поглощает тебя. А тут атмосфера творчества, любви; практики, которые раскрепощают сознание, психику. Я как будто вернулся в свои 17 лет. Здесь абсолютно прекрасные творческие люди, самобытные и индивидуальные. Мне очень не хочется отсюда уезжать.
Сейчас я очень счастлив. Сегодняшний день вообще был с самого утра в такой неге, в любви. Если сравнивать его с музыкой, то это третья часть Второй симфонии Рахманинова. Облака, невесомость, счастье, восторг, упоение — вот то, что дал этот проект».
Организаторы Мастерской обещают, что на этом проект не заканчивает свою работу и продолжит свое существование.
Добавим, что мероприятия проходят при поддержке «Центра наследия Антона Рубинштейна».
Татьяна Антонова
Татьяна Антонова -- пианистка, музыкальный журналист.
Окончила ЮУрГИИ им. П. И. Чайковского по классу фортепиано у Заслуженной артистки России, профессора Н. Н. Рыбаковой.
Имеет высшее журналистское образование («Телевидение и радио», НИУ ЮУрГУ). Работала в телекомпаниях, была корреспондентом и ведущей программ на областном телевидении (г. Челябинск), редактором портала Министерства культуры Челябинской области, куратором и специалистом по связям с общественностью фестивалей искусств.
В настоящее время руководит единственной в России студией пианистов для взрослых «A-Classic» на базе госучреждения (г. Санкт-Петербург), пишет материалы в СМИ о культурных событиях Петербурга, ведет концерты и интерактивные лекции о музыке.
Автор телеграм-канала «Таня пиши».
