В эпоху всемирного карантина, начавшегося из-за распространения вируса COVID-19, многие оркестры мира начали публиковать видео совместного музицирования через интернет.
23 апреля 2020 артисты балета и оркестра Большого театра опубликовали свой вариант «карантинного видео» под названием «Щелкунчик карантин».
Солист оркестра Большого театра Александр Крылов, ставший инициатором и руководителем этого проекта, рассказал о своих впечатлениях от работы над ним:
«Сегодня множество людей на планете, в том числе огромное число артистов, сидят на карантине. Это абсолютно новое состояние. И, конечно, эти артисты пытаются найти себе какое-то применение и в этом состоянии тоже.
В какой-то момент на фейсбуке я нашел ролик хора Ла Скала, который на карантине исполнял Хор пленных евреев из оперы Верди «Набукко». Это было первое «карантинное видео», которое я увидел, и оно произвело на меня большое впечатление. Позже, естественно, я увидел и другие варианты таких видео. И тогда, от тоски и безделья, в нашей оркестровой группе на фейсбуке я предложил и нам сделать что-то подобное.
Изначально я, конечно, не планировал что-то очень серьезное — мне просто захотелось занять чем-то и себя, и коллег, чтобы не читать с утра до ночи новости о коронавирусе и курсе евро и не сойти с ума окончательно».
Солист оркестра Большого театра, виолончелист Борис Лифановский, занимался подготовкой звуковой дорожки для видео:
«Как только идея записать что-то в этом популярном сегодня формате была сформулирована, у нас практически не было сомнений в выборе произведения. Адажио из «Щелкунчика» Чайковского без преувеличений можно назвать практически гимном Большого театра, поэтому мы остановились на нем.
Другое дело, что когда зашла речь о практическом воплощении этой идеи, сразу несколько профессиональных звукорежиссеров сказали нам, что сделать это невозможно: мало у кого есть хорошая аппаратура дома, у всех разные акустические условия и так далее. Было предложено взять какую-то фонограмму и накладывать на нее видео. Но мы все — довольно амбициозные люди, поэтому идея валять дурака под чужую запись нам не показалась интересной.
Мы все же попытались записать Адажио — оказалось, что это вполне осуществимо. Правда, мнение звукорежиссеров все же оказало на нас некоторое влияние, поэтому мы записали только две минуты музыки из пяти. Дальше в ролике звучит одна из старых фонограмм оркестра Большого театра под управлением Геннадия Рождественского. Хотя сейчас я думаю, что нам по силам было бы записать Адажио и целиком.
Конечно, в домашних условиях невозможно добиться идеального звучания, при сведении я столкнулся с большим количеством сложностей. Но, с одной стороны, задачу добиться абсолютного студийного качества звука мы перед собой и не ставили. А с другой стороны, я считаю, что за вариант, который у нас получился, нам не то, что может быть не стыдно… Это настоящий звук оркестра Большого театра, которым можно гордиться.
Не каждый коллектив смог бы добиться такого звука в этих условиях. Думаю, не все поверят, что практически половина Адажио — это «карантинная», а не студийная запись».
Александр Крылов:
«Как только мы начали записывать музыку, сама собой возникла мысль, что «Щелкунчик» — это, разумеется, не только оркестр, но и балет. И для балета Большого театра это точно такой же очевидный символ. Поэтому мы предложили сотрудничество нашим коллегам, которые, как и мы, изнывают от тоски по домам. К нашей радости, они откликнулись на наш призыв».
Заслуженный артист России, солист балета Большого театра Алексей Лопаревич взял на себя координацию участвовавших в видео артистов балета:
«Моя театральная карьера началась в те времена, когда балет и оркестр были одним целым! Мне поздно меняться, отказываться от симпатичных идей! Нет времени лениться, и без того его осталось не запредельно!
Самое главное то, что творчество — в нас, и значит мы не умерли, а только лишь самоизолировались на время!»
Александр Крылов:
«Сначала приходило мало роликов, и не все из них были одинаково искрометны. Но чем дальше, тем больше стало появляться маленьких шедевров. Изначально у меня был какой-то сценарий, но потом он стал меняться по несколько раз в день. Артисты присылали ролики, которые нельзя было не вставить в наше видео, хотя они меняли сюжет.
По известным причинам Чайковский не может переписать музыку, которую он создал для нашего фильма. Повторять Адажио несколько раз — тоже плохая идея. Поэтому со слезами, с нервами, с эмоциями иногда приходилось отказываться от каких-то совершенно замечательных эпизодов.
Одновременно с этим я понял, что проект становится все серьезнее, и чем дальше, тем сильнее стал чувствовать свою ответственность перед всеми этими колоссально талантливыми людьми — моими коллегами. Мне очень не хотелось разочаровать прежде всего их.
Тем не менее, этим проектом занимались дилетанты — я никогда не ставил фильмов, звукорежиссер никогда не занимался сведением оркестровых записей, для монтажера это тоже первый опыт… Кому-то этот ролик понравится, кто-то возможно, смог бы сделать это лучше…
Это видео — результат работы конкретных людей, которые сделали его на максимуме своих способностей. Если карантин продлится, может быть, мы снимем что-то еще, научившись на своих ошибках.
Но в целом, с моей точки зрения, главную идею нам передать удалось. Это маленький фильм об артистах, которые уникально талантливы, потрясающе красивы на сцене и в оркестровой яме. Но сейчас они сидят дома — у них нет ни театра, ни творчества. Они могут только вспоминать и мечтать выйти из изоляции.
Это трагикомедия, но с отчетливым ощущением надежды на то, что мы обязательно вернемся даже не просто в театр, а вообще к искусству, к тому, что, по большому счету, составляет основу нашей жизни».
ClassicalMusicNews.Ru