В истории отечественной музыки есть музыканты, не нуждающиеся представлении. Среди валторнистов таких немного, и к их числу, безусловно, относится Игорь Борисович Лифановский (1938–2002).
Игорь Лифановский принадлежал к тем немногим исполнителям на этом инструменте, которые не удовлетворяются лишь оркестровой игрой и регулярно выходил на сольную эстраду.
Он исполнил и записал значительное количество сольной и камерной музыки. В каждой его записи слышны не только высочайший профессионализм, не только глубокое понимание музыки, но и невероятная искренность исполнителя. Его игра — образец музыкантской честности как перед собой, так и перед слушателем.
Также Игорь Борисович уделял большое внимание педагогике. Его ученики работают во многих московских, российских и зарубежных оркестрах. К сожалению, преподавать Лифановский начал сравнительно поздно, поэтому в этой области не успел сделать столько, сколько, вне всякого сомнения, позволял сделать его выдающийся педагогический талант.
Музыканты, которым посчастливилось работать вместе с Игорем Лифановским, до сих пор вспоминают не только его блистательные соло, но и общее оркестровое мастерство в целом, его энциклопедическое образование — равно как и его уникальные человеческие качества.
Игорь Лифановский родился 22 июня 1938 года в Барнауле. Его путь в профессию не был похож на путь современных исполнителей, но был характерен для музыкантов-духовиков его времени — он окончил Киевскую школу военно-музыкантских воспитанников, после чего три года служил в военном оркестре Штаба Киевского военного округа.
Следующий значимый этап — учеба в Ленинградской консерватории и аспирантуре в классе выдающегося советского валторниста, Павла Константиновича Орехова. Орехов воспитал целую плеяду замечательных музыкантов, а Лифановский был, пожалуй, самым любимым его учеником.
Ленинградская традиция вообще воспитывает особый тип мастерства: ровность тембра по всей тесситуре, привычку к «чистым» интервалам, уважение к партитуре и к партнёрам по ансамблю. Вероятно, в том числе именно эта школа помогла Игорю Лифановскому органично существовать и в оркестровой яме, и на филармонической эстраде, и в студии звукозаписи.
Успех пришел к Игорю Лифановскому рано и был весьма значителен: он стал лауреатом Всесоюзного конкурса 1953 года, международного конкурса ARD в составе Духового квинтета Кировского театра (Мюнхен, 1966), «Пражской весны» (1968).
Уже в те годы стало ясно, что виртуозность, свободное владение инструментом и чёткое решение художественных задач — характерные черты его исполнительского стиля. Коллеги восхищались скрупулезной точностью исполнения им штрихов и общей стабильностью исполнения. Все эти качества поставили Игоря Лифановского в ряд самых выдающихся валторнистов нашей страны.
Творческий путь Игоря Лифановского начался в 1958 году в оркестре Ленинградского театра оперы и балета имени Кирова. В 1962 году он стал солистом оркестра. Сезон 1969/70 работал в симфоническом оркестре Ленинградской филармонии под управлением Е. А. Мравинского.
В 1971 году Игорь Борисович переехал в Москву и стал солистом оркестра Большого театра. С 1977 по 1982 год работал первым солистом БСО Всесоюзного радио и телевидения. Начиная с тех лет он записал в фонд радио большое количество музыки для валторны.
Особенно блеснул Лифановский исполнением партии первой валторны в «Концертштюке для 4-х валторн» Р. Шумана в 1980-м году. Вместе с ним играли артисты группы валторн БСО Виктор Галкин, Валерий Кривошанов и Александр Слёзкин. Дирижировал Владимир Федосеев. Эту запись и по сей день можно назвать одной из немногих эталонных для этого произведения.
К уникальным достижениям Игоря Лифановского можно отнести также записи Концерта для валторны с оркестром В. Цыбина (совместно с пианисткой Верой Часовенной, 1982)
и Квинтета Es-dur для валторны и струнных В. А. Моцарта (совместно с солистами оркестра Большого театра, 1987).
Если говорить об оркестровых соло, то одной из важных вех стали исполнение и запись БСО п/у Владимира Федосеева 5-й симфонии П. И. Чайковского, где Игорь Лифановский исполнил знаменитое валторновое соло из второй части.
В 1982 году Игорь Лифановский вернулся в оркестр Большого театра, где прослужил до конца жизни.
Музыкальный театр особенно точно демонстрирует уровень валторниста: там соло нередко становится частью сценической драматургии. Хорошо известны валторновые соло из «Евгения Онегина» П. И. Чайковского, «Сказки о царе Салтане» Н. А. Римского-Корсакова, «Князя Игоря» А. П. Бородина, «Раймонде» А. Глазунова, «Коппелии» Л. Делиба — и везде валторна должна быть одновременно тембром и персонажем: то пейзажем, то репликой, то нервом действия.
Все эти и многие другие партитуры, в которых валторнам отведена значительная роль, Игорь Лифановский знал досконально. Коллеги неизменно отмечали легкость, с которой он исполнял даже самые сложные эпизоды, неизменное внимание к деталям, обозначенным композиторами и, конечно, невероятную красоту звука, которая и сегодня делает его игру узнаваемой с первых нот.
Многие знают и помнят Игоря Лифановского прежде всего по выступлениям в составе оркестров, однако не менее важная часть его творческого портрета — камерное музицирование. Он стал создателем Квартета валторн Большого театра, с которым многократно выступал на различных сценах Москвы. К сожалению, записей выступлений этого коллектива не сохранилось.
Вызывает восхищение запись 12 дуэтов для двух валторн В. А. Моцарта, сделанная совместно с Валерием Кривошановым в годы их совместной работы в БСО (1982).
Уже упоминавшуюся запись Квинтета В. А. Моцарта, как и запись «Концертштюка» Шумана, наверняка можно отнести к работам, близким к эталону. Помимо мастерства солиста, в этой записи вызывает изумление и восхищение исполнение струнных (солисты оркестра Большого театра Григорий Красько (скрипка), Лев Каплан, Владимир Яровой (альты), Дмитрий Миллер (виолончель).
Запись сделана в 1987 году, когда в Советском Союзе мало кто даже слышал об исторически информированном исполнительстве. Многие сегодня уже не готовы воспринимать «советского» Моцарта даже в исполнении наших легендарных исполнителей. Но штрихи и чувство стиля на записи с Лифановским как у солиста, так и у струнников, навевают воспоминания о самых лучших западных образцах, ничуть им не уступая, а возможно и превосходя их.
Интересна и запись 1990 года «Соло для валторны и арфы», сделанная совместно с великой арфисткой Натальей Шамеевой.
Наконец, можно ещё раз упомянуть запись Концерта для валторны с оркестром В. Цыбина. Партия валторны в этом произведении запредельно сложна, однако Игорь Лифановский исполняет его без слышимого напряжения, в какие-то моменты заставляя сравнивать свою игру с игрой виртуозного скрипача наподобие Хейфеца или Мильштейна.
Когда говорят «эталонный валторнист», обычно подразумевают три вещи: тембр, строй, штрих. Но у Игоря Борисовича к этому добавлялась редкая музыкантская честность, которую иногда хочется назвать естественностью. Точность у него не механическая, а смысловая: она рождается из понимания формы, принципов построения фразы и из уважения к партитуре.
В его манере особенно заметна культура мягкой атаки: звук возникал не через силу, а будто вырастая из тишины. Динамический диапазон невероятно широк — от почти камерного шёпота до уверенного, праздничного форте — но нигде не слышно грубости. Он умел держать «золото» тембра даже в неудобной тесситуре, не теряя фокус и не жертвуя интонацией.
В этой контексте многие вспоминают его исполнение сольной партии в Концерте для виолончели с оркестром №1 Д. Д. Шостаковича. Как известно, в этой музыке большую роль играют валторновые соло, некоторые даже склонны считать это произведение «двойным концертом». Так или иначе, валторнисты считают Концерт Шостаковича весьма «опасным» для себя. Игорь Лифановский играл его с, можно сказать, «фирменной» легкостью. К сожалению, записей не сохранилось.
Следует отметить, что и в других сочинениях, к которым обращался Игорь Борисович, мягкость и красота тембра всегда были подкреплены дисциплиной дыхания, чёткой артикуляцией и естественным строением музыкальных фраз — именно поэтому записи Игоря Лифановского не стареют до сих пор.
Преподавательская работа занимала в жизни Игоря Лифановского едва ли не такое же значительное место, как и исполнительская деятельность. Он преподавал в ЦМШ при Московской консерватории и в МССМШ им. Гнесиных. В 1987 году его пригласили преподавать в Московскую консерваторию имени Чайковского.
Многие валторнисты называют его своим учителем, хотя формально никогда не числились у него в классе. Игорь Лифановский, сам обладая блистательной технической подготовкой и всегда находясь в идеальной исполнительской форме, никогда не отказывал в совете и поддержке никому из своих коллег. А будучи исключительно интеллигентным и деликатным человеком, свои советы он всегда высказывал в настолько доброжелательной форме, что музыканты, которые его окружали, не только с удовольствием пользовались его рекомендациями, но и оказывались очарованы его человеческим обаянием на многие годы.
Игорь Борисович Лифановский ушёл из жизни рано — 28 марта 2002 года, на 65-м году жизни.
Но до самого конца жизни он оставался в строю: в биографических сведениях отмечается, что в ноябре 2001 года, за четыре месяца до смерти, он участвовал в гастролях по США в составе МГАСО под управлением Павла Когана, исполняя партию первой валторны.
Память о об Игоре Лифановском живёт прежде всего в звуке — в записях, которые продолжают слушать и переслушивать, в ансамблевой культуре, которую он передавал ученикам, в той планке мастерства, которую он поставил своей игрой. Не случайно и спустя десятилетия его имя часто возникает в разговорах музыкантов как яркий ориентир.
Творческий портрет Игоря Лифановского — это портрет мастера, который сумел совместить в себе вещи, нечасто встречающиеся в судьбе одного человека: железную профессиональную дисциплину и живую эмоциональность, оркестровую службу и свободу солиста, ремесло и полёт.
И, пожалуй, главное: он оставил после себя не только легенду, но и стандарт — тот самый, по которому легко сверять себя, даже если это проверка на прочность.
Ангелина Антонова