Юбилейный сезон Пермского театра оперы и балета ознаменован весомыми датами: 155-летие театра и вековой юбилей балетной труппы. Анонсированы пять премьер, концертные исполнения опер Верди и Леонкавалло, гастроли в Москве и Санкт-Петербурге. Однако за праздничной риторикой скрывается тревожная реальность: некогда третий по значимости музыкальный театр России теряет позиции, едва удерживаясь в десятке лидеров.
Решение руководства отказаться от участия в «Золотой Маске» лишь подчеркивает изоляцию институции.
Уход Теодора Курентзиса в 2019 году стал для театра поворотной точкой. Десять лет он задавал тон, превращая Пермь в центр притяжения для выдающихся солистов, режиссеров и сценографов. Его постановки собирали аншлаги и привлекали международное внимание, формируя репутацию театра как новатора. Но с его уходом Пермская опера лишилась стратегического курса. Спектакли эпохи Курентзиса ушли в архив, а новые постановки не обрели устойчивого места в репертуаре. Из множества премьер последних лет лишь три-четыре сохраняют регулярность показов.
Сегодня афиша театра опирается на проверенную классику и юбилейные проекты, что сужает его художественное поле. Отсутствие смелых экспериментов и новых идей, столь характерных для прежних лет, ставит под вопрос будущее театра. Гастроли в столицах и громкие премьеры могут поддержать интерес публики, но без ясного художественного вектора от Пермской оперы вскоре останется лишь тень былого величия.
Результат ощутим: театр, обладавший имиджем смелой лаборатории, за несколько сезонов превратился в площадку с однообразным репертуаром и краткоживущими постановками. Именно этот эффект – стагнация после ухода лидера – стал одним из факторов, почему сегодня Пермь постепенно теряет позиции и в глазах зрителей, и в профессиональном сообществе.
Одним из главных симптомов кризиса остаётся нестабильность премьерной политики. «Царская невеста» Римского-Корсакова – наглядный пример: прежнюю постановку сняли с репертуара, а затем пообещали выпустить новую в сезоне 2024/25. Изначально проект связывали с Евгением Писаревым, но теперь режиссёром объявлен Андрей Прикотенко, а сама премьера перенесена на июль 2026 года. Такая текучесть концепций и кадров фиксирует ощущение непоследовательности, когда каждое обещание театра может обернуться новой отсрочкой или заменой команды.
Схожая ситуация в балете. С возвращением Алексея Мирошниченко репертуар труппы был фактически «обнулён»: работы его предшественника исчезли из афиши. Новый сезон строится на классике — «Лебединое озеро» и «Жизель» представлены как капитальные возобновления. Такой выбор подчёркивает желание театра опереться на проверенную классику, оставив в стороне эксперименты предшествующего периода.
Ещё более показательно выглядит судьба «Снегурочки» – крупного проекта на музыку Владимира Раннева и в хореографии Вячеслава Самодурова. Премьера планировалась на лето 2025 года, но теперь отложена сразу на два года (на 2027-й). Подобные переносы демонстрируют отсутствие чёткой стратегии: ключевые проекты превращаются в долгострой, а зритель всё меньше верит в стабильность афиши.
В афише юбилейного сезона ключевые оперные названия вновь заявлены в концертном формате: «Аида», «Риголетто», «Травиата», «Паяцы». Такой выбор говорит не столько о художественном жесте, сколько о нехватке ресурсов для полноценных постановок. Гастроли в Москве и Петербурге также выглядят двусмысленно: театр выезжает, но чаще показывает не собственные спектакли, а концертные программы. Уже сейчас можно предугадать, что часть афиши будет закрываться приглашёнными артистами.
Уход ведущих артистов и режиссёров стал одним из самых заметных симптомов кризиса. В сезоне 2024/25 громким событием стало прощание с баритоном Константином Сучковым и премьером Георгием Еналдиевым.
В нынешнем сезоне театр потерял сразу несколько фигур: режиссёра Фёдора Федотова, певца Василия Ладюка и тенора Карлена Манукяна. Эти имена различаются по масштабу, но их уход складывается предположительно в общую картину: похоже, что профессионалы не видят для себя долгосрочной перспективы внутри институции.
Проблемы касаются и тех, кто остаётся. В январе 2025 года в СМИ появилось открытое письмо сотрудников театра: коллектив пожаловался на отсутствие традиционных новогодних премий.
В совокупности уход ключевых фигур и деморализация оставшихся сотрудников создают опасный эффект: театр теряет доверие и извне, и изнутри. Репутация институции, ещё недавно считавшейся третьим музыкальным театром страны, размывается на глазах. Вернуть её будет гораздо сложнее, чем построить юбилейную афишу.
Пермский театр оперы и балета оказался в точке перелома. Юбилейный сезон можно подать как череду громких событий, но за фасадом торжественных афиш скрывается другое — потеря стратегии, кадровая нестабильность, подмена театра концертными форматами.
Сегодня главный ресурс, который предстоит вернуть театру, — это доверие. Артистов, зрителей, коллег по цеху. Тех, кто видел в Перми лабораторию будущего музыкального театра. Без этого фундамента юбилеи превращаются в витрину, за которой скрывается простая истина: репутация создаётся долго, а утрачивается стремительно.
Д.М.