В начале апреля 2017 состоялась московская премьера вокального цикла Оливье Мессиана «Ярави: Песнь любви и смерти» (Harawi, Chants d`amour et de mort, 1945).
Этот чрезвычайно богатый и мало исполняемый цикл представили Мария Остроухова (меццо-сопрано) и Александр Шайкин (фортепиано).
Молодые и талантливые исполнители уже известны московской публике. Несмотря на их юный возраст, их искусство – вполне зрело: минуло время и сильнейшее впечатление от перформанса не только не остыло, но «обросло» мыслями, которыми хочется поделиться.
Немного истории. Вокальный цикл «Ярави: Песнь любви и смерти» является частью музыкального триптиха «Тристан-Трилогия», включающего в себя помимо «Ярави», симфонию «Турангалила» и произведение для хора a capella «Пять перепевов».
Мессиан написал «Ярави» в 1945 году, но мысль об этом произведении зародилась одновременно с квартетом «На конец времени», когда он находился в концентрационном лагере для военнопленных в Гёрлице.
Тема любви и смерти являлась краеугольной для Мессиана, отчасти потому, что его первая жена, Клэр Дельбос потеряла рассудок после неудачного прерывания беременности, и до конца своих дней прожила в психиатрической лечебнице.
Само название «Ярави» происходит от традиционного литературно-музыкального жанра перуанских индейцев. Обычно, под этим жанром подразумеваются любовно-трагические истории в духе «Тристана и Изольды» и «Ромео и Джульетты».
Текст «Ярави», написанный самим Мессианом, в высшей степени символический. Фрагменты сюжета переплетаются с числами, абстракциями, словами на кечуа и цветами мессиановской музыкальной палитры.
«Убеждена, что Мессианом «найдены» три цвета Любви — зелёный, голубой и золотой, и три цвета Смерти — красный, чёрный и лиловый, переплетающиеся друг с другом, совпадая с развитием сюжета»,
— говорит Мария Остроухова.
Главный герой, Юноша (Jeune homme), влюблён в Пиручу. Его чувство взаимно, и первая часть цикла посвящена их сокрушительной страсти, для живописания которой Мессиан использует ми бемоль мажор (тональный символ любви) и соль мажор (тональный символ невинности).
Но всё чаще врывающийся в музыкальное полотно атональный хаос, подсказывает нам, что Юноша сходит с ума. В тексте появляются слова «sang» («кровь»), «coupez-moi la tete» («отрежь мне голову») и «je suis mort» («я – смерть»).
Трагедия разворачивается с девятой по двенадцатую часть цикла. Юноша убивает Пиручу: этот момент Мессиан, гениально владеющий звукописью, изображает двух-страничной кульминацией и последующим ритмическим замедлением на словах «ton cœur qui bat» — «твоё сердце бьётся».
Затем герой впадает в кататонический ступор от содеянного, затем происходит безумная пляска, в конце которой Юноша убивает себя, и, наконец, финал: лейтмотив любви (и лейт-тема всего цикла) — обработанная автором древняя перуанская мелодия — возвращается как голос «с той стороны» в последней песне цикла «Dans le noir» («В темноте»).
Представляется удачной мера перформанса. Необходимая доля сценического движения, костюма и света не отвлекает от главного — драматургии самой музыки, а только «подсвечивает» гениальный цикл Мессиана. Проявленная осторожность в самом замысле спектакля оберегает его от близости к банальному театральному шоу, вместе с тем, усиливая воздействие самой музыки на аудиторию.
В исполнительской манере певицы Остроуховой подкупает сочетание большой культуры, одновременно огромной природной силы и искренности. Вот, что по проводу искусства исполнителей говорит доктор искусствоведения Лариса Кириллина:
«Мария Остроухова — талант, красавица, умница, обладательница роскошнейшего меццо, прирождённая артистка, и пианист Александр Шайкин исполнили в Музее А. Н. Скрябина цикл Оливье Мессиана «Ярави «.
Это был не просто концерт, а действо, названное в программке «музыкально-поэтической мистерией». Двенадцать частей цикла шли на одном дыхании, и происходящее не просто граничило с магией — оно ею было».
Особо хочется сказать о великолепном партнере-соавторе Марии — Александре Шайкине, лауреате многих конкурсов, в том числе им. Гезы Анда в Цюрихе, ассистенте профессора Московской консерватории Элисо Вирсаладзе.
В особенности его слышания, его пианистической индивидуальности заложена прекрасная возможность овладеть сложнейшим музыкальным языком и фактурой, не «утонуть» в объемном пространстве палитры Мессиана.
Александр Шайкин:
«Мессиан для меня — особенный композитор, ни на кого не похожий. Исполняя его музыку, я автоматически погружаюсь в её атмосферу целиком, без дополнительных на то усилий.
Цикл «Ярави: Песнь любви и смерти» — космос, бесконечная пропасть, бредовые видения, безграничные чувства и сумасшествие… Макро- и микромиры одновременно. На мой взгляд, эта музыка очень современна в своей неограниченности. Авторское участие как будто отсутствует, нарративность преподносится объективно, оставляя исполнителям максимальную свободу наполнения. Это завлекло нас в бесконечное пространство «Ярави» с головой.
С певицей Машей Остроуховой, о замечательных качествах которой можно отдельно долго говорить, во время репетиций мы сразу оказывались на одной волне, в одном «энергетическом поле», что практически исключило возможные ансамблевые сложности, которых в тексте в принципе предостаточно.
Особенное удовольствие от игры в ансамбле, когда нет расхождений, а есть лишь сотворчество!
Лично для меня исполнение такого грандиозного вокально-фортепианного цикла — событие особенное, одна из важнейших творческих ступенек за последнее время. Надеюсь, нам с Машей еще не раз посчастливится исполнить «Ярави» в ближайшем будущем.
Звенящая напряженная тишина зрительского зала, долгие овации, в которых публика будто бы стремилась, наконец, выдохнуть и произнести коллективные слова благодарности, подтверждают правоту ощущений Александра. Нет сомнений, что мы будем свидетелями долгой новой жизни «Ярави» на отечественной сцене.