Вечером 8 ноября в академическом театре драмы им. А. С. Пушкина состоялся концерт Симфонического оркестра Псковской областной филармонии. Дирижировал Геннадий Чернов. Первое отделение началось концертом для двух скрипок с оркестром И. С. Баха.
Солировали Валентин и Будимир Ворошиловы из Санкт-Петербурга. Некоторым слушателям звучавшая музыка напомнила, что псковскому оркестру всего десять лет. Немногим больше было и скрипачам – шестнадцать и семнадцать соответственно. Путь выбран верный, но сколько еще предстоит пройти… Все присутствующие на сцене играли с усердием, но без вдохновения. Или же с вдохновением, но тщательно это скрывая.
Все изменилось, когда настал черед концерта для фагота с оркестром Моцарта…
Фагот – это пример разумного применения древесины. Он принадлежит к почетному классу деревянных духовых и своими размерами слегка напоминает гранатомет. Но не столь опасен. Особенно, если его применять по назначению. Именно так и поступил лауреат международных конкурсов петербуржец Кирилл Семагин. Получилось выразительно и душевно. Зал это оценил.
Во втором отделении филармонический оркестр играл Яна Сибелиуса и Леоша Яначека. Замечено, что Сибелиус для нашего оркестра как родной. Тот, кто в это не верил, после сюиты для струнного оркестра просто обязан был с таким утверждением согласиться.
Первая часть называется – «Влюбленный». С легкостью представляется эдакий бледный юноша – грустный, почти депрессивный. Хочется обойти его стороной. То ли дело «Любимая» (вторая часть). Она – кровь с молоком, заводная, но голову не теряет. В общем — не пара бледному юноше. В этой части звучит самый загадочный инструмент любого оркестра – треугольник, который в данном контексте можно назвать любовным треугольником. Заканчивается же сюита вполне логично – «Прощанием навеки». Другого и быть не могло. Причем, расставание происходит цивилизованно, без битья посуды и даже без битья по треугольнику, тихо-мирно, по-фински. Можно сказать, публика услышала готовую историю в рубрику «Романтический город».
Но на этом тема Сибелиуса исчерпана не была. Оркестр исполнил его же «Грустный вальс» из музыки к драме Ярнефельта «Куолема». Этот вальс — как бы предсмертные строки дневника. Разговор о медленной, но верной смерти человека, чья жизнь явно прошла не даром.
Чуть позднее финскую грусть сменила грусть чешская, равномерно распределенная по шести частям сюиты для струнного оркестра Яначека. Последняя часть была – andante, то есть размеренная, в темпе спокойного шага, исполненная, что называется, «на ход ноги».