Сегодня, 9 января 2008 года, пройдет третий концерт традиционного январского музыкального фестиваля «Возвращение».
Он окончательно утратил свои изначальные черты «форума молодых исполнителей, съехавшихся на зимние каникулы».
Теперь у его постоянных участников есть ученики, обширные гастрольные планы, работа в крупнейших европейских вузах, оркестрах и ансамблях. Но у музыкантов хватает и времени вновь приехать в Москву в начале года, и изобретательности для того, чтобы находить новые темы и сочинения.
Год назад фестиваль по случаю 10-летия отступил от некоторых своих традиций: впервые за 10 лет ряд сочинений, исполнявшихся в прежние годы, прозвучал вновь — обычно здесь повторов не случается. Не было и тематических программ — за исключением первой и последней, они фокусировались на музыке для струнных, для фортепиано и для духовых.
В этом году все вернулось на круги своя, и, за исключением финального концерта по заявкам участников, три вечера сосредоточены вокруг того или иного лейтмотива. Темы «Возвращения» всегда интригующи и изысканны: один из прошлых фестивалей открывался программой «Анамнез» (музыка, написанная композиторами в периоды психических расстройств и депрессии) и продолжился «Трудностями перевода» (звучали транскрипции известных произведений). Теперь публике предложены «Одержимость», «Стилизации» и «Кино».
Посвященный снам, молитвам и видениям концерт «Одержимость» имел явный ориентальный уклон. Помимо опусов Изаи, Рахманинова, Глазунова и постоянного участника фестиваля Ильи Гофмана исполнялись Obsession японца Макото Синохары и «Волшебный рассвет» прославленного индийца Рави Шанкара.
Завершили вечер «Мечты и молитвы Исаака Слепого» (российская премьера) Освальдо Голихова — одного из самых успешных современных композиторов, чья музыка тяготеет к восточному колориту.
Второй вечер носил название «Стилизации» (подражания стилям композиторов, эпох и стран). Как обычно на «Возвращении», буквально соответствовали теме лишь некоторые номера программы — такие, как альтовый концерт известного мистификатора Анри Казадезюса в стиле Иоганна Кристиана Баха или пьесы Крейслера, где автор подражал Куперену и Пуньяни.
Странно было представить себе, что концерт Казадезюса когда-то могли принять за музыку Баха: последняя часть настолько близка к романтизму, что и солист Илья Гофман не смог остаться в рамках стиля, вполне строго выдержанного в первых двух частях. Роман Минц, Анна Карпенко, Андрей Дойников и Дмитрий Власик представили «Сюиту в старинном стиле» Шнитке в редко звучащей аранжировке для виоль д´амур, клавесина и ударных — таким образом, эта музыка уже не звучит «убедительно, как цитата», оставаясь самостоятельным авторским произведением.
Еще в большей степени это можно сказать о двух шедеврах, увенчавших вечер: ни «Надгробие Куперену» Равеля, великолепно исполненное Яковом Кацнельсоном, ни Бразильская бахиана № 5 Вила-Лобоса, блестяще спетая Юлией Корпачевой при поддержке группы виолончелей, не являются стилизациями в буквальном смысле слова. Однако и дух, и структура этих сочинений так или иначе восходят к великим мастерам прошлого.
Третья программа фестиваля, которая будет представлена сегодня в Рахманиновском зале консерватории, также не без двойного дна; она называется «Кино», но посвящена саундтрекам («Терминал», «Судьба резидента», «Овод» и другие) лишь отчасти.
Прозвучат также сочинения, возникшие либо благодаря кинематографу (например, знаменитый Concerto grosso № 1 Альфреда Шнитке, куда вошло несколько тем из киномузыки композитора), либо за много десятилетий до его появления, но так или иначе связанные с ним.
Например, Прелюдия и фуга Баха, стойко ассоциирующиеся с мультфильмом «Сказка сказок», или Баллада Шопена, без которой могло бы не быть фильма «Пианист».
Фестиваль завершится 12 января.
Илья Овчинников, «Газета»