В Большом театре готовят премьеру оперы «Золотой петушок» Римского-Корсакова. Спектакль обещает стать самым непредсказуемым во всей его постановочной истории.
Оперу поставил режиссер Кирилл Серебренников, который совсем не склонен интерпретировать пушкинский сюжет как сказку.
Все в духе Кирилла Серебренникова: пришел, поставил, удивил. Еще до начала спектакля. Прямо на улице. Все спрашивают – кто это на афише с золотым петушком во рту?
«Не могу говорить вам, кто он. Но это один из самых интересных людей, которых я знаю. Он разрешил использовать свой образ, чтобы мы сочинили Царя Додона»,
— говорит Серебренников.
Кто-то заметил, что один из залов царского дворца похож на Георгиевский зал Кремля. Серебренников тут же ответил: «Не знаю, никогда там не был».
О том, что спектакль будет нетрадиционный, догадывались все. Многие несколько месяцев ждали, чем на этот раз порадует экспериментатор Серебренников? Исполнителя главной партии Владимира Маторина режиссер огорчил – попросил сбрить бороду, которую певец носил четверть века.
«Уже другой человек. Вы думаете, что сейчас разговариваете с артистом Маториным? Нет, вы разговариваете с Царем Додоном»,
— говорит певец.
Немецкого тенора Джеффа Мартина для роли Звездочета Серебренников превратил в дряхлого старика.
«В первые дни репетиций меня посадили, покрыли силиконом, чтобы сделать маску. Она в точности повторяет форму моего лица»,
— рассказывает Мартин.
Венера Гимадиева — Шемаханская царица. На сцене она то в огненно-красном платье, то в нежно-персиковом. Перед началом спектакля Венеру не узнать — уж очень не по-царски одета. Но обещает, что царский кокошник будет.
Кокошник — пожалуй, единственное, что в спектакле Серебренникова осталось от традиционной детской сказки. В остальном все по-взрослому. На галерее — снайперы, на сцене — секьюрити. Сыновья царя с лэптопами. И Додон со свитой — то президент в костюме от-кутюр, то генерал в мундире.
Актуализировав старую сказку, Кирилл Серебреников сохранил сатиру на власть, за которую оперу долго запрещала и царская, и советская цензура, а также гениальную музыку Римского-Корсакова, благодаря которой, попав на главную сцену страны, «Золотой петушок» уже больше века ее не покидает. Это пятая постановка оперы в Большом театре.
«Это гениальное произведение, гениальная партитура. И чувство одно – чтобы Римский-Корсаков был нами доволен»,
— говорит дирижер Василий Синайский, музыкальный руководитель Большого театра.
А вот среди зрителей наверняка найдутся и недовольные такой взрослой сказкой на новый лад. Серебреников к этому готов – говорит, что всегда можно встать и уйти, уступить место тем, кому интересно.
Вести