Экстравагантный человек-тромбон, человек-оркестр, человек-композитор – Кристиан Линдберг достиг в искусстве игры на своем инструменте тех же высот, что и Паганини на скрипке, а Лист на фортепиано.
Кристиан Линдберг переиграл несметное количество произведений для тромбона, записал множество компакт-дисков и вывел этот инструмент на международную музыкальную арену.
В 2000 году по итогам международного голосования Кристиан Линдберг наряду с Луи Армстронгом и Майлзом Дэвисом был признан лучшим духовым инструменталистом в истории музыки XX века.
С сезона 2010–2011 годов Кристиан Линдберг возглавил в Норвегии Арктический филармонический оркестр. С этим коллективом несколько лет назад маэстро гастролировал на сцене Концертного зала Мариинского театра.
И вот, очередной визит прославленного музыканта, теперь уже в качестве эксперта в составе международного жюри конкурса имени Чайковского в номинации «Медные духовые инструменты».
Корреспонденту «Музыкальной жизни» Виктору Александрову удалось немного побеседовать с Кристианом Линдбергом.
— Кристиан, как вы оцениваете уровень участников конкурса?
— Уровень довольно высокий, прекрасно, что такая широкая география участников. Я уже успел открыть для себя немало больших талантов.
— Следили ли вы раньше за историей конкурса Чайковского?
— Да, конечно. В последние годы я смотрел трансляции выступлений по каналу medici.tv, пристально наблюдал за ходом конкурсных баталий прошлого состязания. У меня даже был свой фаворит в номинации пианистов – американец Джордж Ли. Отрадно, что он тогда выиграл серебряную медаль конкурса.
— Какую роль сыграло введение в программу конкурса новой номинации «медные духовые»?
— Это очень большое преимущество! Все ведь постоянно меняется в нашем мире, история не стоит на месте. Медь невероятно обогатила этот престижный конкурс! Я сам уже сыграл свыше ста самых разных концертов, написанных для тромбона. Таким образом, репертуар для меди просто необъятный! Прекрасно, что такая номинация украсила конкурс и укрепит в будущем его позиции!
— Вы переиграли практически весь репертуар для тромбона. Стараетесь ли и дальше его расширять?
— Мы находимся в очень тесной взаимосвязи с композиторами, сочиняющими для духовых. Немало сделали в 1980-е – 90-е годы, проделав огромную работу по обогащению репертуара. Много играли тогда новых произведений, не забываем о премьерах и сегодня. Но ведь главное еще и то, что мы, исполнители освежаем хорошо забытое старое!
— Как развивается сегодня в странах Скандинавии духовая исполнительская школа?
— Последние десятилетия прошлого века у нас были настоящей кузницей медного дела. Это было действительно золотое время, сколько талантливых исполнителей тогда было. Сейчас тоже неплохо! Америка, Великобритания, Испания были сильны в области духовой школы, но сейчас и новые направления появляются.
Например, образовательный центр «Система» в Венесуэле, который ввел Хосе Абреу. В России тоже славится духовая школа.
— Во втором туре среди обязательных сочинений значится ваша транскрипция сюиты для тромбона и фортепиано на темы из оперы Чайковского «Пиковая дама». Как возник замысел этой аранжировки?
— В конце 1980-х начале 90-х мы играли транскрипцию фрагментов балета Прокофьева «Ромео и Джульетта». Потом шведская звукозаписывающая компания BIS попросила подготовить меня выпустить диск с музыкой русских композиторов. И тогда пришлось активно изучать, смотреть, что бы такое выбрать. Ну и как тут обойтись без Чайковского?
Чайковский и Моцарт – это два таких столпа мировой музыки, два самых моих любимых композитора, без творчества которых просто не мыслю себя на сцене.
— Какое место в вашем творчестве занимает музыка Петра Ильича Чайковского?
— Как я уже и сказал, он для меня один из самых великих. С ним рядом ничего нельзя сопоставить. Для меня он как Достоевский в литературе. Музыка Чайковского глубоко проникает в твое сердце, затрагивая самые внутренние струны души.
— Радует ли вас акустика зала Капеллы, где проходят конкурсные прослушивания?
— Это прекрасный зал. Когда у нас есть перерывы на конкурсе, я, пользуясь случаем, стараюсь успевать репетировать на сцене. Для меня лично это хорошая практика, а для участников конкурса отличная возможность выступать именно здесь, в зале с такой великолепной акустикой.