В Детском музыкальном театре Сац начался сезон премьер и дебютов.
В афише Театра Сац в ближайшие месяцы появятся четыре новых спектакля.
Два из них — мировые премьеры заказанных театром партитур: «Сказка про славного царя Гороха и его прекрасных дочерей» Владимира Кобекина и «Путешествия Гулливера» Алексея Ларина.
Плюс — российская премьера телеоперы «Оуэн Уингрейв» Бенджамина Бриттена и репертуарная для российской сцены редкость — «Гензель и Гретель» Энгельберта Хумпердинка.
Такой «прогрессивный» для детской аудитории репертуар — фирменный знак Георгия Исаакяна, за несколько лет собравшего в театре энциклопедическую афишу.
Оперное искусство представлено здесь в исторической хронологии четырех веков — от его первых образцов: «Игра о душе и теле» (1600), «Любовь убивает» (1660), до ХХ века — партитур Сергея Прокофьева, Карлхайнца Штокхаузена и новейших сочинений ХХI века.
В прошлом году на сцене театра Сац стартовал уникальный проект Академия старинной музыки с участием английского арфиста и дирижера, специалиста по барокко Эндрю Лоуренса-Кинга. Экспериментальной коллизией нынешнего сезона стало приглашение в театр молодых постановочных команд.
— Новое поколение постановщиков — ваши ученики?
— Да, это мой выпускной курс ГИТИСа — очень интересные, талантливые режиссеры. И мне показалось, что было бы правильно, вопреки существующей у нас в театрах традиции не допускать молодых режиссеров к серьезным названиям, дать им возможность сразу же проявить себя.
Я намеренно не вторгаюсь в их работу: это уже их биография, их жизнь, их шишки, которые они должны набивать. Думаю, что и театру, и общественности будет также интересно столкнуться с новым поколением 20-летних постановщиков.
— В афише премьер — сложнейшие для исполнителей названия: поствагнеровская «Гензель и Гретель», лубочный «Царь горох», экспрессивный бриттеновский «Оуэн Уингрейв». Неужели все будет поставлено силами труппы, без приглашенных солистов?
— Не повезло им с худруком театра! (Смеется.) Но ведь только это и делает жизнь артистов интересной: они все время сталкиваются с новым материалом, новым вызовом, с какими-то новыми художническими мирами. У нас в труппе 80 певцов, и все они должны быть обеспечены работой. Нам нет смысла кого-то приглашать.
И несмотря на сложность названий, мне кажется, мы адекватны тем задачам, которые ставим перед собой. Вообще, проблема репертуара — самая главная: ниша нашего театра — просветительская, и она должна оставаться такой. А именно это очень трудно в наше время: это тонкое лезвие, по которому мы все время пытаемся точно идти.
— Вы сегодня активнее всех работаете с современными композиторами: практически каждый сезон в театре Сац — мировая премьера. В этом году их даже две. Что это за проекты?
— Буквально сегодня мы уже представим на нашей Малой сцене мировую премьеру «Царя Гороха» по сказкам Дмитрия Мамина-Сибиряка. Это наша копродукия с Московской филармонией, которая, собственно, и сделала заказ партитуры Владимиру Кобекину. Спектакль будет показан и в Филармонии-2.
Такой опыт внутренней копродукции, о которой в последнее время так много говорят, впервые. Спектакль поставили режиссер Наталья Ефимова, художник Денис Сазонов (тоже недавно окончивший ГИТИС) и молодой дирижер Сергей Михеев. «Царь Горох» — это игра с фольклором, шутовская авангардная импровизация.
В музыке очевидны мотивы попевок, частушек, скоморошин. Певцы в нашем спектакле будут играть на трещотках, бубнах, бренчалках. Это такой динамичный лубок глазами XXI века. А вторая наша мировая премьера состоится в мае — балет «Путешествия Гулливера».
В свое время композитор Алексей Ларин написал эту партитуру на знаменитый конкурс сочинений для детей в Большом театре, где тогда победил «Мойдодыр» Ефрема Подгайца. Но мне кажется, что идея «Гулливера» совершенно гениальная: история разных пространств, разных точек зрения, разных менталитетов.
Премьеру балета готовит главный балетмейстер нашего театра, один из интереснейших российских хореографов Кирилл Симонов. Мне кажется, он сможет обновить наши представления о том, что такое сегодня детский балет.
— Подразумевается новый формат шоу?
— Мы пытаемся работать в современной технологии 3D. Ларин дописал для нас вторую часть балета — «Гулливер в стране великанов». Главное очарование этой истории — относительность того, что мы называем человеческим миром. Мы все время попадаем из объема в объем, когда есть человеческий мир, где человек соразмерен всему вокруг, есть лилипутский мир, где человек представляет из себя гиганта, и, наоборот, великанский мир, где человек превращается в лилипута.
Эта и есть относительность нашей точки зрения на мир. Мне также очень интересна постановка оперы «Гензель и Гретель» на нашей сцене.
Эта популярнейшая европейская сказка о детях, заблудившихся в лесу, попавших в пряничный домик к ведьме и чудом спасшихся, будет поставлена на нашей сцене очень необычно — как камерный оперный хоррор. Режиссер Надежда Бахшиева (выпускница ГИТИСа) и художник Василиса Кутузова покажут спектакль в ироничной эстетике детских ужастиков.
Я вижу, что смотрят сегодня дети, вижу, в какие куклы они играют, какие мультики предпочитают. Я помню по своему детству это сладкое чувство ужаса, когда вечером в пионерском лагере все по очереди рассказывают истории про черную руку. Ужастики, в принципе, часть детской субкультуры — таким образом дети изживают свои страхи. Так что веселый хоррор — «законный» жанр на детской сцене.
— Но самая актуальная для сегодняшнего мира тема, я так понимаю, прозвучит в июньской премьере оперы Бриттена «Оуэн Уингрейв», которая впервые будет поставлена в России? Это тема нежелания участвовать в войне?
— Для меня эта история, прежде всего — история дома, конфликта поколений, горя в семье, где каждый как-то пытается изжить свою травму. Мы делали отрывок из «Уингрейва» на нашем курсе в ГИТИСе, и поняли, как это сегодня звучит серьезно.
Спектакль у нас поставят Виктория Агаркова и художник Ирина Дерябина. Сама по себе музыка Бриттена совершенно невероятная по экспрессии, по глубине.
Это история о молодом человеке, категорически не принимающем мир и семью, где пропагандируется война и насилие. Он не может изменить человечество, но может изменить себя. Об этом молодые постановщики и будут говорить с нашими юными зрителями. И я уверен, они найдут общий язык.