Так называлась первая рецензия, которой удостоился Джордже Энеску. Маленькому скрипачу было тогда 9 лет. 12 июля 2025 в Бетховенском зале Большого театра состоится концерт под названием «Посвящение Джордже Энеску«.
Многие вундеркинды вместе с детством теряют свой уникальный дар. Для Энеску такого опасного рубежа не существовало.
Окончив две консерватории (Венскую и Парижскую) по классам крупнейших музыкантов своего времени, он приобщился к двум мощным традициям европейской культуры. Его одарённость была столь разносторонней, что для своей реализации требовала неустанного труда. Он прославился как скрипач и композитор, но был столь же блистательным пианистом, дирижером, выдающимся педагогом, культурным деятелем.
Энеску-скрипач изумляет речевой выразительностью, невероятным разнообразием красок. «Неужели всё это — скрипка!» Его сочинения полны удивительной новизны и свежести. Среди его учеников достаточно назвать одного Иегуди Менухина.
Все, кто оставил о нём воспоминания, говорят об исключительном благородстве и обаянии его личности, о благоговейной атмосфере, в которой проходили его концерты.
Несмотря на яркость его дарования и грандиозный масштаб его творчества голос Энеску это голос тихий. Такие голоса не всегда слышны среди грохота больших карьер. Но как они важны в жизни, знает каждый.
Тиха колыбельная матери, тихи слова, которые любящие могут сказать только шёпотом. Тих голос совести.
Энеску родился и провёл раннее детство в деревне, где первыми (и сильнейшими!) его впечатлениями была музыка лэутаров и цыганских оркестров. Язык звуков с тех пор стал для него столь же естественным, как язык слов, а его сердце всегда хранило память о той жизни, которая была уничтожена в 20м веке мировыми войнами, и о красоте и подлинности который мы можем составить себе представление из музыки Энеску.
Помимо сочинений Энеску в программе прозвучит также музыка Моцарта и Блоха.
Соната К.379, Соль мажор была исполнена впервые Моцартом и первым скрипачом Зальцбургской капеллы Брунетти 8 апреля 1781 года. Об этом событии Вольфганг рассказывает в письме отцу:
«Сегодня — а я пишу тебе в 11 часов ночи — у нас была академия [большой концерт]. Играли три мои вещи, разумеется, новые — рондо из концерта для Брунетти, сонату в сопровождении скрипки — для меня, которую я сочинил вчера ночью с 11 до 12. Но для того, чтобы успеть, я записал только партию Брунетти, а свою держал в голове».
Эта внешняя лёгкость и беззаботность не должна вводить нас в заблуждение.
Соната появилась в трудный для Моцарта период. Позади уютное детство (несколько затянувшееся) под покровом дружной весёлой семьи. Затем стремительное взросление — горчайшие разочарования и утраты во время так называемого Большого Парижского путешествия (1777-1779). Только что — первый триумф — Мюнхенская постановка оперы Идоменео. И вот он снова на положении прислуги у ненавистного патрона, многолетний конфликт с которым входит в финальную стадию — концерт 8 апреля 1781 года был последним, сыгранным Моцартом для хозяина, архиепископа Иеронима Колоредо.
Но и это не главное.
В центре Сонаты драматичное Allegro соль минор. У Моцарта это тональность печали, тревоги, трагедии, смягченных в то же время присущей этой тональности нежностью; тональность 25-й и 40-й симфоний, фортепианного квартета, струнного квинтета.
Но в своём развитии Соната открывает и выход из кризиса. И это поразительно — как ведёт нас безбрежный гений автора — «путём Моцарта».
3-я соната Энеску, написанная в 1926 году, имеет подзаголовок: «В румынском народном стиле». Тут слышны и цимбалы, и народные духовые инструменты, и шорохи ночи, и пение птиц. И, конечно, цыганская скрипка в бесчисленном разнообразии своих тембровых возможностей. Можно с уверенностью сказать, что в «академической» музыке скрипка так ещё не звучала.
Слушателем Соната воспринимается как поток импровизаций. На самом деле, форма её выстроена с высоким классическим мастерством, что обеспечивает этому шедевру долговечную жизнь.
Преамбула ко второму отделению программы — сюита Баал Шем Эрнеста Блоха.
Блох — ровесник Энеску — так же как и последний, получил блестящее скрипичное образование. Он окончил Брюссельскую консерваторию в классе великого Эжена Изаи.
Сюита Баал-Шем, особенно её средняя часть, Нигун, является, пожалуй, самым популярным сочинением композитора. Как и во многих своих сочинениях, Блох опирается здесь на интонации еврейской народной музыки.
В заключение концерта — Энеску, сюита «Впечатления детства», ор.28.
Сочинение это посвящено памяти румынского скрипача Эдуарда Кауделлы (именно к нему на консультацию привёз отец маленького Журжака, как называли Джордже в семье).
Сюита была создана в 1940 году и стала последним произведением, написанным Энеску для скрипки. Композитор оставил в своих Воспоминаниях подробную программу сочинения:
«ЛЭУТАР. Его настроение и игра изменчивы, они то радостны, то мрачны.
СТАРЫЙ НИЩИЙ. Бедняга бормочет: «Нищета, нищета… Да благословит Вас небо!» Чтобы воссоздать его образ, я представляю себе жалобное, хриплое звучание.
РУЧЕЕК В ГЛУБИНЕ САДА. Я его вижу и теперь! Тонкая струйка воды, которая тихо журчала в глубине нашего сада и иногда расплывалась в маленький, сверкающий как зеркало прудик.
ПТИЧКА В КЛЕТКЕ И СТЕННЫЕ ЧАСЫ С КУКУШКОЙ. Бедная птичка, пленница в клетке! Но я почти так же любил механическую кукушку, невозмутимую и пунктуальную. Она куковала семь раз вместе со звоном часов. Все знали, что наступило время прикрыть клетку птички на ночь.
КОЛЫБЕЛЬНАЯ ПЕСНЯ. Старая няня убаюкивает ребенка. Чтобы усыпить его, она неторопливо повторяет: «Ты будешь большим, ты будешь сильным, ты будешь…»
Засыпая, ребенок видит ЛУННЫЙ СВЕТ, проникающий через окно, и слышит песню СВЕРЧКА. Затем сон овладевает им.
Ночью он просыпается, слыша, как завывает ВЕТЕР В КАМИНЕ. Вскоре ветер усиливается, разражается БУРЯ В НОЧИ. Страшно! Сейчас же под одеяло! Ребенок снова засыпает, и вот – ВОСХОД СОЛНЦА. Настает день! Солнечные лучи проникают повсюду. Щебечут птицы.
Все темы солнца и тени возвращаются, но теперь они звучат умиротворенно и просветленно. Ребенок вздыхает, он счастлив. Он прошел через ночь и бурю».
Сочинение об очень простых вещах – и могло бы быть иллюстративным. Но в нем есть все: и звукоподражание, и зарисовка, и глубокий символизм. Всё в этой пьесе погружено в тишину, все звуки растворяются в ней, и вдруг мы начинаем ощущать движение времени так, как оно ощущалось в детстве. И как в детстве — предчувствие жизни, которой наполнено всё окружающее. И бой часов, вторгающийся в тишину, так же болезненно ранит.
Энеску говорил, что очень боится обрасти солидностью, поэтому старается сохранить повадки студента. Может быть, это помогло ему так ясно передать мир, видимый глазами ребенка.
Но есть там и другой персонаж, незримо присутствующий во всей пьесе, – Лэутар, бродячий скрипач. Ребенок смотрит на мир вокруг себя, а Лэутар наблюдает за ребенком. Это взгляд любви и сострадания. Музыка Лэутара открывает сочинение, чтобы потом вернуться апофеозом в лучах «восходящего солнца».
Сюита написана Энеску на пороге старости. Это синтез мудрости и детской чистоты, удивительная благодарственная песнь за прожитую жизнь.
Михаил Цинман