8 июля в деревне Князево прошел очередной лемешевский праздник, посвященный 105-летию со дня рождения великого певца Сергея Лемешева.
К традиционному возложению цветов к первому в России памятнику Лемешеву, народному гулянью и концерту (зрители доставлялись на бесплатных автобусах из Твери и обратно) добавилась презентация нового туристического маршрута — «Лемешевское кольцо».
Придумал его давний ревнитель лемешевской славы и автор многих книг о певце, тверской историк и краевед Виктор Васильев. В кольцевой маршрут протяженностью около тридцати километров, помимо Князева, входят и окрестные деревни, тесно связанные с памятью о Лемешеве.
Это прежде всего Стренево, где похоронена его мать, Акулина Сергеевна, и где в обычной деревянной избе он проводил отпуск двадцать лет подряд — в те годы не очень-то разъезжали по шикарным курортам даже такие знаменитости, как Лемешев.
Это необычайно уютная деревенька Рождество, где стоит дом, купленный Лемешевым матери с первых гонораров. Это Малый Хутор, где жил выдающийся архитектор, автор московского Павелецкого вокзала, Николай Квашнин, в доме которого Лемешев начал творческий путь. Наконец, лежащее на «государевой дороге» между столицами и упомянутое Радищевым в своей знаменитой книге село Медное — в ее церкви, в 1930-е годы превращенной в клуб, Лемешев не раз выступал перед земляками.
На лемешевский праздник, как обычно, прибыл тверской губернатор Дмитрий Зеленин. Понятно, что присутствовавшие журналисты задали ему вопрос, который в последние недели волнует не только тверичей. А именно: почему в Твери уже имеется памятник барду Михаилу Кругу, а до памятника Сергею Лемешеву все как-то руки не доходят. Губернатор вполне резонно отвечал, что раз памятник Кругу появился раньше памятника Лемешеву, то с его творчеством знакомо куда большее число людей. Что верно, то верно — можно только печально вздыхать о былых толпах лемешисток…
А если серьезно, то Дмитрий Зеленин пообещал, что в будущем году памятник Сергею Лемешеву в Твери все-таки появится. И не где-нибудь, а на самой посещаемой пешеходной улице в историческом центре города — Трехсвятской. Хотелось бы, однако, пожелать, чтобы в целях «уравнивания» шансов Круга и Лемешева (как ни странно видеть их имена рядом) памятник последнему был звучащим.
Как памятник Михаилу Глинке в Смоленске, где каждый час через репродукторы звучит музыка из «Жизни за Царя», «Руслана» и «Арагонской хоты». Как памятник Леониду Утесову на Дерибасовской в Одессе, где кто угодно, нажав соответствующую кнопку на бронзовом пульте, может услышать любой из утесовских «хитов» — от «Раскинулось море широко» до «Маркизы».
Не повторить ли аналогичный опыт и в Твери? Тогда и поколение next, глядишь, перестанет вопрошать изумленно, кто таков был Сергей Яковлевич Лемешев…