Хотя середина 50-х годов ХХ века и в Польше считалась «оттепелью», а целью организаторов фестиваля «Варшавская осень» было всего лишь себя показать и на других посмотреть, с самого начала он был больше чем фестиваль: «ВО» во многом определял уровень взаимоотношений искусства и власти в странах социалистического лагеря.
В 1972 году, например, из СССР в последнюю минуту вместо экспериментатора Эдисона Денисова прислали Тихона Хренникова (хотя Денисов таки появился в программе — под псевдонимом, как соавтор коллективного камерного сочинения «Энциклопедия»). А уже в ХХI веке был освистан и обозван «соцреалистическим» концерт не кого-нибудь, а живого классика польской музыки Кшиштофа Пендерецкого.
По политическим причинам ежегодный фестиваль отменяли даже дважды — в 1957 и в 1982 годах. Поэтому и полувековой юбилей «Варшавская осень» отмечала два раза — в 2006 и в 2007 годах.
Вступившая в этом году во второе свое пятидесятилетие «ВО» продолжает искать свое место в музыкальном мире, по крайней мере с точки зрения этногеографии: например, 2005 год был «годом России», а заодно и всего, что восточнее.
Фестиваль этого года можно было бы назвать испаноязычным — кроме собственно испанских авторов и исполнителей на нем широко представлена вся Латинская Америка и примкнувшие к ним страны романских языков (румынский ансамбль «Профиль», итальянский «Темпо Реале»).
Как всегда, фестиваль начался с обязательного симфонического концерта в зале Варшавской филармонии — с участием Национального филармонического оркестра, хора и солистов — органиста Аркадьюша Бялица, Томаса Блоха (на электроинструменте «Волны Мартено») и испанского певца Арканхеля.
Не было никакого «свадебного генерала» еще и потому, что в Восточной Европе определенно происходит смена поколений: молодые композиторы годятся современникам первой «оттепели» 50-х годов во внуки, но явных лидеров среди них нет.
По счастью, открывавшее «ВО-08» сочинение молодого поляка Войчеха Видлака оказалось более чем достойным: не впадая в крайности постмодернизма или новой простоты, автор инструментальной пьесы с солирующим органом (и непереводимой игрой слов в названии) достойно продолжил линию классика Витольда Лютославского, твердо державшегося «золотой середины» между мэйнстримом и экспериментаторством.
Явно со значением была выбрана и оратория Uaxuctum Джачинто Шелси, итальянского отшельника, с никому до него неизвестной стороны подошедшего к музыке Востока. Увы, молодой дирижер Кшиштоф Урбансьски с хором не справился, и оратория о мифическом городе майя, который был разрушен до основания самими строителями, прозвучала не так эффектно и многозначительно, как на то рассчитывали организаторы.
Зато с блеском прошли кантата «А что после смерти…» испанца Маруисио Сотело для певца-фламенко(!) и оркестра. Любопытная уже на уровне концепции кантата в исполнении цыганского фламенкиста Арканхеля и в самом деле произвела впечатление сочетанием нововенского письма (в духе Альбана Берга) с андалузскими фиоритурами.
Из первых ночных концертов запомнилась классика ХХ века — редко исполняемые (потому что трудные) органные «Медитации на тайну Святой Троицы» Оливье Мессиана в безупречной интерпретации шведа Ханса-Олы Эрикссона, а из утренников — выступление вроцлавского камерного оркестра Leopoldinum (Вроцлав как культурный центр начинает конкурировать с самим Краковом).
Leopoldinum с фортепианным дуэтом им. Лютославского осмелились исполнить компьютерную партитуру Цезары Духновского «Действительность в оконной раме», в которой генеральные паузы звучали чуть ли не дольше самих электроакустических звуков.
Второй раз приезжал в Варшаву ансамбль, имеющий прямое отношение к России, Seattle Chamber Players. Его программный директор — москвичка Елена Дубинец, музыковед, и скрипач Михаил Шмидт тоже из Москвы). В первый раз в Варшаве сиэтлцы появились в «год России» именно с русской программой. На этот раз в соответствии с направленностью фестиваля показали сочинение «Бора-Бора» выпускника Московской консерватории эквадорца Хорхе Кампоса, впервые прозвучавшее на московской «Альтернативе».
А Польшу в программе представляло Cascando для голоса и ансамбля на лирические (!) стихи Сэмюэла Беккета в авторском исполнении вокалистки Агаты Зубель, одну из первых своих премий получившей в Москве на конкурсе молодых композиторов им. Юргенсона.
Финал фестиваля будет особо эффектным. На «ВО» нет недостатках в грандиозных идеях: один раз, например, ее заканчивали четырьмя симфониями Втольда Лютославского, оркестром управляли два дирижера по очереди.
В 2006 году, на 49-й «ВО», 19 струнных квартетов играли избранные премьеры из 48 предыдущих фестивалей с 11 утра до 11 вечера. Прошлогодний, пятидесятый, фестиваль, закончился еще более грандиозно: к уже однажды завершавшим его «Страстям по Иоанну» Софии Губайдулиной прибавили еще и польскую классику — известную «Заутреню» на православный канонический текст Кшиштофа Пендерецкого.
В этом году ожидается нечто совсем труднопредставимое: еще в контркультурные 60-е годы возмутитель спокойствия Карлхайнц Штокхаузен составил из радиозаписей и своей электронной музыки двухчасовой коллаж «Гимны» с надеждой на то, что рано или поздно «народы, распри позабыв, в единую семью объединятся».
На этот раз довольно известный польско-немецкий молодежный оркестр (дополненный оркестрантами из других стран) в развитие штокхаузеновской утопии будет импровизировать под его звуки, доносящиеся из многоканальных громкоговорителей. Блажен, кто верует…
Дмитрий УХОВ (Варшава), «Время новостей»