Игнорируя знакомую, в том числе и по Пушкину, христианскую идею возмездия, режиссер Валентина Карраско сделала спектакль про героя-жертву.
Владимир Раннев
Алексей Любимов: «Есть музыка, есть я, а какая власть — все равно»
Алексей Любимов о том, как ему удалось стать европейцем в Советском Союзе, несогласии с Черняковым и невстрече со Стравинским.
«Опера» — это просто такое слово
Название настоящей публикации нарочито полемично, как и ее содержание. Вызвано это ситуацией, сложившейся в сфере современной российской оперы.
Владимир Раннев: «Бетховен — современный российский композитор…»
Эстетический радикализм Бетховена сформировал тип творческого действия, удивительно актуальный у нас сегодня. Поэтому я и утверждаю, что (не буквой, а духом) Бетховен — современный российский композитор.
Антон Светличный: «Что есть Малер?». Ростовский композитор о классике венского симфонизма
Рассказ Антона Светличного об оптике и Густаве Малере продолжает цикл, в котором уже были обнародованы размышления Павла Карманова о влиянии Шуберта на современных композиторов, Сергей Невский говорил о Малере, Антон Батагов — о Бахе, Ольга Раева — о Бетховене, Георгий Дорохов — о Брукнере, Владимир Раннев — о Шостаковиче, Дмитрий Курляндский — о Моцарте.
Владимир Раннев: «Время у Шостаковича — орудие пытки…»
Питерско-московский композитор Владимир Раннев о питерско-московском Дмитрии Дмитриевиче Шостаковиче.